Перспективы деревни Кемеровой: как они виделись в 1816 году

Волчек В.А. Перспективы деревни Кемеровой: как они виделись в 1816 году // Балибаловские чтения. Вып. 5. Кемерово: АРФ , 2008. С. 18-21.

К огромному сожалению, до сих пор всеобъемлющая история города Кемерово не написана. И это в то время, когда уже вышла в свет история Салаира, находятся в печати работы по прошлому Гурьевска, Мариинска, завершается сбор материалов к древней истории Новокузнецка. Возникает вопрос, почему так сложилось? Причин, объясняющих данное обстоятельство достаточно много. В том числе такие, как отсутствие социального заказа от муниципальных властей, единого координирующего центра исследований, невыявленность всего корпуса источников, особенно по ранним периодам. Думается, корни такого положения вещей покоятся в неправильном понимании самого предмета разговора. Так уж сложилось, что Кемерово мыслится как молодой город. Действительно, вышеуказанные населенные пункты возникли, оговоримся, в основном, из какого-то одного поселения. У их жителей, администрации развито чувство исторической памяти. Кемерово как полис складывался иначе. Обилие населенных пунктов, которые его породили, позднее завершение интеграции, ряд других обстоятельств — всё это привело к отсутствию исторического взгляда на прошлое нашего города. В связи с этим работа И. А. Балибалова не утратила своего значения до сих пор.

В Центре хранения архивного фонда Алтайского края в фонде 1 имеется интересное для нас дело № 1845 «Ревизские сказки 7-й народной переписи на крестьян Кузнецкого уезда Томской губернии приписанным к Колыванским заводам, представленные в канцелярию Колывано-Воскресенского горного начальства. 1816 год». Здесь находим данные по всем 36 поселениям Верхотомской волости, в том числе и по деревне Кемеровой, как она тогда называлась.

В указанное время в ней проживало 75 человек, которые принадлежали к шести фамилиями: 25 — Крековых, 20 — Колокольцовых, 12 — Щербаковых, 11 — Ла¬пиных, 8 — Годуновых и 7 — Павловых. Из них 40 человек (53 %) мужчины и 35 — женщины.

Для нас важно решить ряд вопросов, связанных с характеристикой населения данной деревни: определить половозрастной состав и, исходя из этого, установить перспективы дальнейшего функционирования данного хозяйственного механизма; проанализировать возможности развития деревни без притока новых поселенцев. У нас имеются полные данные по половому, возрастному составу деревни на время проведения ревизии (см. таблицу), что позволяет проведение анализа на основе математических данных. Следует сразу же оговориться: использование усредненных данных даёт мало материала для формирования выводов. В ходе работы приходилось в некоторых случаях отбрасывать крайности.

Можно с большой долей уверенности предположить, что из шести фамилий, по крайней мере, четыре (Павловы — 1 семья, Щербаковы — 1 семья, Годуновы — 2 семьи и Лапины — 3 семьи) являлись сравнительными новоселами. Под этим термином мы понимаем людей, которые по отношению к старожилам относительно недавно появились в данном поселении. В нашем случае — где-то в последней трети XVIII столетия. В пользу данного вывода говорит, во-первых, возраст представителей старшего поколения: в этих фамилиях он не превышал 45 лет у Лапиных, 54 — у Павловых, 49 — у Годуновых, 40 — у Щербаковых (73 года Меланьи ни о чем не говорят, поскольку она была женой Михаила, отца Андрея Михайловича — главы семейства, ее муж в деревне Кемеровой не проживал и зафиксирован только как бывший супруг). С другой стороны, среди фамилии Крековых отмечаются: Егор Андреевич — 70 лет, Алексей Андреевич — 64 года (причем у последнего еще жива жена Марфа 68 лет), Петр Андреевич — 57 лет. То же можно сказать и о семействе Колокольцовых, где зафиксированы: Семен Григорьевич, умерший в возрасте 77 лет между 1812 и 1816 годами, Иван Григорьевич — 76 лет.

Таблица. Половозрастной состав жителей деревни Кемеровой. Подсчитано нами по ЦХ АФАК, ф. I, on. 1, д. 1845, л. 35-42.

Таблица. Половозрастной состав жителей деревни. Подсчитано нами по ЦХ АФАК, ф. I, on. 1, д. 1845, л. 35-42.

Во-вторых, предполагаемые старожильческие фамилии имеют разветвленную структуру: у Крековых насчитывается от 6 до 8 семей (не ясно, как жили престарелые родители — вели самостоятельное хозяйство или перешли к одному из сыновей); у Колокольцовых — 6. В то время, как указывалось выше, у «новоприходцев» было от одной до трех семей. В-третьих, обращают на себя внимание фамилии двух новых семей: Лаптевы и Годуновы, которые могут носить определенный социальный подтекст, указывать на имущественную нестабильность в прошлом.

Анализируя возраст молодого поколения, тех, кто достиг порога вступления в брак, можно сделать вывод, что в деревне существовали определенные противоречия. Холостыми молодыми людьми в возрасте 16-18 лет были Андрей Колокольцов (18 лет), Василиса Колокольцова (18 лет), Дмитрий Щербаков (16 лет), Пелагея Щербакова (17 лет), Михаил Годунов (21 год), Устинья Годунова (16 лет), Дарья Павлова (17 лет). Нужно оставить за рамками анализа Михаила Голунова, поскольку его возраст явно свидетельствовал о невозможности жениться. Андрей Колокольцов мог связать свою судьбу с Пелагеей Щербаковой, Устиньей Годуновой, Дарьей Павловой. Однако этого не произошло, из чего следует, что невесту ему будут искать в другой деревне. И дело здесь не только в практике подыскивать супругу на стороне, но еще, возможно, и в том, что все деревенские невесты были ниже жениха по статусу или по имущественному положению.

Крайне ограничен и выбор у Дмитрия Щербакова: Василиса Колокольцова, Устинья Голунова и Дарья Павлова. Учитывая возможное стремление крестьян заключать браки вне своих сел и деревень, можно предположить, что из представителей юношеского поколения уйдут в другие поселения 4 человека (все девушки), придут — 2 (молодые жены). Если проанализировать половозрастной состав детей (10 лет и более), но, не считая шестнадцатилетних, то окажется, что примерно через 20 пять лет уйдут в другие деревни 7 девушек, придут в Кемерову только три невесты. За пять лет могли скончаться четыре человека, кому около или за семьдесят. В итоге предполагаемая прибыль населения (без вновь родившихся) — 5 человек, убыль — 15 человек. Баланс — минус 10 человек, что составляет 13,3 % от всего населения деревни в 1816 году.

Проведенный анализ свидетельствует о том, что деревня Кемерова могла выжить в первой половине XIX века только за счет притока новых поселенцев.

Обновлено: 24.01.2020 — 11:26

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

История Кемерово © 2018