Угольная промышленность

К содержанию книги «История Кузбасса» под ред. А.П. Окладникова.

Главное природное богатство Кузбасса — несметные залежи высококачественного и разнообразного по химическому составу каменного угля. В 1929—1930 годах запасы угля бассейна определялись геологами в 450 миллиардов тонн. Большая мощность и неглубокое залегание угольных пластов удешевляли добычу топлива. Так, в 1927 году себестоимость тонны угля в Кузбассе составляла 6 рублей 80 копеек, в то время как в Донбассе — 10 рублей. Взятый XIV съездом партии курс на индустриализацию и начавшийся общий подъем промышленного производства в стране сказались и на угольной промышленности Кузбасса. Вывоз кузнецкого угля на Урал увеличился с 200 тысяч тонн в 1926 году до 886 тысяч тонн в 1927 году.

Возросшие потребности промышленности и транспорта в угле невозможно было удовлетворить без реконструкции имевшихся шахт и строительства новых. На действующих угольных предприятиях велась электрификация подъемных установок, улучшалась система вентиляции, в забоях внедрялись первые отбойные молотки. Новое строительство шло в основном на Прокопьевском руднике, где в короткое время были введены в строй шахта № 2 с годовой мощностью в 510 тысяч тонн и «Центральная» — штольня мощностью в 600 тыс. тонн. Одновременно закрывались мелкие и малопроизводительные шахты и штольни. В результате за 1927—1928 годы общее количество угольных предприятий сократилось с 20 до 11, а добыча топлива в это же время возросла в 2,4 раза. В полтора раза, с 10 до 15 тысяч, увеличилось и число горняков рудника.
Параллельно совершенствуется организация управления угольной промышленностью. Объединяется руководство развитием бассейна. Ликвидируется Автономная индустриальная колония, ведавшая Кемеровским, Ленинским и Прокопьевским рудниками. Кузбасстрест, осуществлявший до 1927 года управление Анжеро-Судженскими копями, реорганизуется в трест Кузбассуголь, которому передаются все угольные рудники бассейна.

К началу первой пятилетки Кузнецкий бассейн ещё не имел общесоюзного значения. Добыча угля в 1928 году составляла здесь всего 2387 тысяч тонн, или 6,7 процента от добычи по стране. Топливо поставлялось в основном железным дорогам и коммунальным предприятиям Западной Сибири. На кузнецком угле выплавлялось всего 5 проц. отечественного чугуна. План первой пятилетки предусматривал рост объема добычи угля в Кузбассе до 6 млн. т., из которых более 3,5 миллиона предназначалось Уралу и примыкающим к нему районам Среднего Поволжья.

Таким образом, главным потребителем кузнецкого угля становилась металлургия Урала и Западной Сибири. В связи с этим намечался ускоренный рост добычи коксующихся углей. Если общая добыча увеличивалась за пятилетку в 2,5 раза, то добыча коксующегося угля должна была возрасти в 8—9 раз. Это и предопределяло форсированное развитие Прокопьевского и Осииниковского рудников, где находились месторождения лучших коксующихся углей.

К 1929 году относится начало строительства и реконструкции семи шахт, в том числе: в Прокопьевске — шахты-гиганта «Коксовая-1» и № 5-6 имени Ворошилова, в Кемерове — шахты «Пионер», в Осинниках — «Капитальной», на Араличевском руднике — шахты имени Орджоникидзе. Была начата реконструкция шахты «Центральная» Кемеровского рудника. Новые угольные предприятия сооружались в исключительно сложных условиях. Шахты закладывались самыми крупными по тем временам в стране (на добычу миллиона и более тонн угля в год), а проходку стволов и горных выработок приходилось вести без машин и механизмов. Серьезные трудности стояли перед специалистами горного дела: предстояло работать на мощных крутопадающих пластах, а мировая практика ещё не знала сколько-нибудь надежных и эффективных систем их отработки.

Секретарь Западно-Сибирского крайкома партии Р. И. Эйхе, выступая на XVI съезде ВКП(б), говорил: «Мы строим крупнейшую шахту-гигант (речь шла о шахте «Коксовая-1». — Ред.), которая должна дать 2400 тыс. тонн годовой добычи угля. Такой шахты по размерам производства не имеется ещё в СССР. А вы знаете, как мы эту шахту проходим? Мы эту шахту проходим ручным воротом…» 1.

На действовавших шахтах и штольнях добыча угля велась в основном также вручную, а откатка производилась конными вагонетками.

На все шахты Кузбасса 1928 года приходилось 37 врубовых машин, 6 отбойных молотков, 3 электролебедки и 2 погрузочные машины. Механизированная добыча угля в бассейне в канун первой пятилетки составляла всего 1,8 процента общей добычи. Использование механизмов лишь начиналось, а имевшиеся врубовые машины играли роль не столько механизмов для добычи угля, сколько учебного пособия для подготовки механизаторских кадров.

Подъем добычи угля на первых порах был сложным и трудным процессом. В первом году пятилетки, несмотря на значительное увеличение числа горнорабочих, прирост угледобычи составил всего 491 тысячу тонн, а в 1930 г. — 614 тысяч тонн. Больше того, плановое задание 1930 года по бассейну было выполнено всего на 80 процентов. Темпы угледобычи заметно отставали от потребностей быстро развивающейся промышленности Урала и Западной Сибири. В 1931 и 1932 годах ожидалось вступление в строй Магнитогорского и Кузнецкого металлургических комбинатов, Кузнецкой, Кемеровской, Новосибирской электростанций и ряда других предприятий — потребителей кузнецкого угля и кокса.

В связи с этим Центральный Комитет партии обращает особое снимание на обеспечение ускоренного развития угольной промышленности бассейна. Составленный руководством Востокугля перспективный план развития Кузнецкого бассейна был признан явно неправильным и ошибочным. Он обязал Востокуголь, партийные и хозяйственные организации Кузбасса поднять темпы капитального строительства, в особенности на пусковых объектах, улучшить снабжение шахт новой техникой с тем, чтобы уже к 1933 году довести механизацию проходки и добычи угля до 75 процентов. Центральный Комитет подчеркивал необходимость усовершенствовать организацию труда и принять меры к ликвидации огромной текучести рабочих кадров.

Несколько позже было принято решение об увеличении средств на финансирование капитального строительства в бассейне. На 1931 год выделялось в 3,4 раза больше средств, чем предусматривалось на 1930 год. Этим намечалось обеспечить к концу 1932 года пуск в бассейне 22 новых шахт общей годовой мощностью в 7 миллионов тонн. Предусматривалось в ближайшее время заложить ещё 21 угольное предприятие общей мощностью в 20,6 миллиона тонн.

Для лучшего обеспечения шахт Кузбасса техникой намечается создание в Западной Сибири, в том числе в Новосибирске, Киселевске, Прокопьевске, собственного производства горного оборудования. Небольшие механические заводы, которые имелись в Томске, Кемерове и Анжеро-Судженске, предусматривалось расширить и специализировать на производстве шахтного оборудования.

Решения XVI съезда ВКП(б) и постановления Центрального Комитета партии 1930 и 1931 годов определили грандиозную программу развития угольной промышленности Кузбасса, превращения его в основную топливную базу на востоке страны.

На строительство шахт и добычу угля вербуются десятки тысяч крестьян Западной Сибири и других районов страны. Только за шесть месяцев 1930 года на рудники Кузбасса прибыло 74 тысячи новых рабочих. Тысячи юношей овладевали новой горной техникой в школах горнопромышленного ученичества. На шахтах создавались краткосрочные курсы, кружки техминимума, в которых опытные горняки приобретали специальности механизаторов. В 1929 году были открыты горные техникумы в Кемерове, Прокопьевске и Анжеро-Судженске. Расширилась подготовка горных инженеров в Томском политехническом институте.

В короткий срок необходимо было спроектировать Прокопьевский, Драличевский и Осинникавский рудники, десятки новых шахт, провести реконструкцию старых шахт. Проектные организации Украины, Ленинграда, Москвы были не в состоянии обеспечить оперативное выполнение этих работ. В 1929 году создается проектное бюро в Новосибирске и филиал Харьковского института Гипрошахт в Томске. Сотни научных работников, инженеров Томска и Кузбасса включаются в проектирование шахт и разработку новых систем добычи угля.

Бурное развитие угольной промышленности Кузбасса в первой пятилетке неразрывно связано с быстрым ростом творческой инициативы и производственной активности рабочих, инженеров и техников.

На самые ответственные участки производства направлялись коммунисты. ЦК ВКП(б) предложил перебросить основную массу коммунистов в шахты и забои. Если до этого на подземных работах было занято лишь 25 процентов коммунистов-горняков, то к концу 1931 года на подземных работах Анжерского рудника было занято 86, Ленинского — 74, Кемеровского — 72 процента общего числа коммунистов.

Предвестником массового социалистического соревнования в Кузбассе, как и во всей стране, явилась статья В. И. Ленина «Как организовать соревнование», опубликованная 20 января 1929 года в газете «Правда». Широкое обсуждение статьи Владимира Ильича на рабочих собраниях связывалось с практическим решением различных вопросов улучшения организации производства, укрепления трудовой дисциплины и подъема производительности труда.

Широкую популярность среди шахтеров Кузбасса получила в 1929 году Урало-Сибирская перекличка, проходившая в форме предъявления коллективами предприятий взаимных счётов по количеству и качеству поставляемой продукции.

При обсуждении счетов горняки обязывались не только устранить отмеченные недостатки, но и брали на себя новые обязательства — повысить производительность труда, улучшить качество продукции, снизить её себестоимость и поднять трудовую дисциплину.

Прокопьевские горняки в связи с предъявленным им в феврале — 1929 года уральской рабочей делегацией счетом на производственном совещании пересмотрели в сторону повышения квартальный план угледобычи. Они заверили уральцев, что учтут критические замечания и одновременно обратили внимание делегатов на низкое качество инструмента, получаемого с Урала.

В Урало-Сибирской перекличке приняли активное участие шахтеры Ленинского, Кемеровского и других рудников Кузбасса.

В феврале 1929 года по инициативе горняков шахт № 1 Горловского рудоуправления и № 5-7 Анжеро-Судженских копей зародилось ставшее впоследствии традиционным соревнование между шахтерами Кузбасса и Донбасса. Сибирские горняки с первых дней соревнования стремились достигнуть и превзойти лучшие производственные показатели шахтеров главной кочегарки страны.

После обращения XVI Всесоюзной партийной конференции в апреле 1929 года о развертывании массового социалистического соревнования за досрочное выполнение первого пятилетнего плана соревнование в Кузбассе становится более массовым и целенаправленным. Коллективы бригад, шахт, рудников берут конкретные обязательства. В мае 1929 года шахтеры Прокопьевска подписали первый в Кузбассе договор о социалистическом соревновании с шахтерами Кемеровского и Ленинского рудников. В свою очередь, горняки Ленинска-Кузнецкого вызвали на соревнование товарищей по труду с Анжеро-Судженских копей. Участие в социалистическом соревновании морально и материально стимулировалось партийными, хозяйственными, профсоюзными и комсомольскими организациями.

Сообщения о лучших ударниках и горняцких коллективах публиковались в центральных и местных газетах. На шахтах были установлены красные доски с показателями хода социалистического соревнования. На раскомандировках, в клубах и красных уголках вывешивались портреты ударников. Лучшим коллективам вручались переходящие красные знамена. Ударники награждались путевками на курорты и в дома отдыха, денежными премиями и ценными подарками. Им в первую очередь предоставлялись квартиры в строящихся домах.

За короткий срок соревнование отдельных рудников и шахт переросло в окружное, затем в западно-сибирское краевое соревнование. 12 мая 1929 года на торжественном заседании в Щегловске состоялось подписание Кузнецкого окружного социалистического договора. Его инициаторами явились горняки шахты имени Ярославского Ленинск-Кузнецкого рудника.

29 июня 1929 года в Анжеро-Судженске состоялась Западно-Сибирская краевая конференция представителей каменноугольных районов. Её участники единодушно приняли хозяйственно-политический договор о социалистическом соревновании горняков Западной Сибири. Текст его был составлен, на основе договоров рудников и шахт Кузбасса.

Основной формой социалистического соревнования того периода было ударничество. Заключались договоры о соревновании между отдельными лавами, цехами, бригадами, сменами. Страницы газеты «Кузбасс» были заполнены сообщениями о трудовых подвигах горняков и славном трудовом марше первых ударных бригад. Душой ударных бригад были вначале комсомольцы. Так, первую ударную бригаду на Прокопьевском руднике, возникшую в феврале 1929 года, возглавил комсомолец Беганокий. К июлю на руднике действовало уже шесть ударных молодежных бригад. Из 46 ударных бригад летом этого года в Кузнецком округе 39 — — являлись комсомольско-молодежными. Ударные бригады имели обычно на 20—25 процентов большую производительность, чем обычные бригады.

Для укрепления трудовой дисциплины в производственных коллективах создавались рабочие трибуналы, суды чести, которые стали грозой для прогульщиков, лодырей, рвачей. Имена хапуг, прогульщиков, бракоделов заносились на черные доски.

В социалистическое соревнование были вовлечены к инженерно-технические работники. Освоение новых месторождений угля в южных районах Кузбасса требовало изыскания новых, более эффективных систем разработки мощных крутопадающих пластов, поскольку прежняя система «зон» была малопроизводительной, с большими потерями угля, опасной в отношении подземных пожаров. Инженеры Стрельников, Симонов, Кокорин, Лукьянов, Леонов и Антонов применили в 1931 году на шахтах Араличевского рудника, а потом Прокопьевска-Киселевского района так называемую камерную систему. Выемка угля стала производиться здесь между столбовыми целиками путем взрывных работ; до транспортировки уголь магазинировался в камерах. Эта система давала более высокую производительность — от 5 до 8 тонн на одного рабочего в смену, снижала расход леса до 5—10 кубометров на тысячу тонн добываемого угля.

В конце 1930 года на шахте имени Ем. Ярославского Ленинского рудника молодой инженер коммунист П. И. Кокорин и техник Злобин применили график суточного цикла сначала на пластах пологого, а потом и крутого падения. Организуя работу по-новому, передовые бригады довели добычу угля до 15—20 тонн за смену на забойщика.

На рубеже тридцатых годов основная масса угля в Кузбассе добывалась без применения механизмов, от забойщиков требовались недюжинная сила и сноровка. По всему бассейну шла слава о Мингалее Шакиро, Щербакове, Бахтигореве, которые, соревнуясь между собой, подрубали за смену кайлой 20—30 тонн угля — в несколько раз больше нормы. Мингалей Шакиро одним из первых шахтеров был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Но рост добычи угля, достигнутый в 1929—1930 годах на основе совершенствования методов ручной добычи, не обеспечивал выполнения намеченной программы. Несмотря на заметное увеличение числа горнорабочих, план угледобычи в бассейне не выполнялся. Выход из положения был только в механизации горняцкого труда.

На это и ориентировал шахтеров Центральный Комитет партии.

Постепенно налаживалось обеспечение шахт новой техникой.

Однако поначалу многие старые шахтеры с недоверием относились к машинам, неохотно расставались с кайлой. Известный ударник И. Латышев рассказывал о своем первом знакомстве с отбойным молотком: «Мастер сказал, что мы с моим напарником Неверовым должны этим молотком работать. Когда открыли вентиль, пошел воздух, и молотки начали отбивать вроде как бы пулеметную очередь. Неверов взял молоток, воткнул его в стенку и сразу сломал зубок. Я тоже взял, отбил немного угля и тоже сломал зубок. Бросили мы молотки и взялись опять за кайлу».

Ломка старых привычек и обучение новой технике было нелегким делом. Партийным организациям приходилось обязывать коммунистов браться за отбойные молотки и врубовые машины.

В начале тридцатых годов в Кузбассе славилась бригада П. Л. Лесникова с шахты № 2 Провопьевского рудника, обслуживавшая врубовую машину. Трудным был путь к этой славе. В 1920 году бригадир в числе 100 горняков окончил специальные курсы машинистов врубовок. Машины марки «Шорт-Воллюудер», прозванные шахтерами «черт-лодырь», шли плохо. Заработки были низкими. Над механизаторами посмеивались. Из сотни рабочих, окончивших курсы, через подвода у врубовок осталось всего трое. Остальные снова взялись за кайлу. Но Лесников не сдавался. Он упорно осваивал врубовку, и через год его бригада стала давать цикл в смену. Члены бригады бывали на других шахтах, где учили горняков работе на врубовых машинах.

Почин бригады Лесникова был поддержан комсомольцами Прокольевской шахты № 2 В. Нестеровым, Жбаковым, Колмогоровым, Байдалиным, Ждановым и другими врубмашинистами.

На темпах роста угледобычи благоприятно сказывался ввод нового шахтного фонда. В 1931 году было сдано в эксплуатацию 19 шахт и штолен общей мощностью в 5,3 миллиона тонн, что превышало мощность всего шахтного фонда бассейна в канун первой пятилетки. В итоге годовой прирост добычи угля составил полтора миллиона тонн, что почти равнялось объему угледобычи 1926 года.

1931 год был переломным в развитии угольного бассейна. Начиная с этого времени, горняки стали уверенно набирать темпы, ускорилось формирование квалифицированных горняцких кадров.

Вступили в строй новые шахты Осинниковского и Араличевского рудников — топливного цеха строящегося Кузнецкого комбината. Был достигнут серьезный сдвиг в освоении техники. Средняя выработка на врубовую машину на шахтах бассейна в 1931 году поднялась до 4445 тонн.

В 1932 году страна получила первый чугун Магнитогорского и Кузнецкого металлургических гигантов. Перед горняками Кузбасса встала задача форсировать добычу коксующегося угля. И шахтер с честью справились с заданием первой пятилетки. В 1932 году на гора было выдано 6 миллионов 780 тысяч тонн угля — на 780 тысяч больше плана. За пятилетку добыча увеличилась в три раза, а коксующихся углей — в 10 раз. Доля Кузбасса во всесоюзной добыче угля поднялась с 6,7 процента в 1928 году до 11 процентов в 1932 году. В ходе первой пятилетки горняки получили от строителей 24 новые шахты и несколько штолен. Многие из старых шахт были реконструированы, их мощность значительно возросла. Крупным успехом явилось создание на юге бассейна новых рудников Осинниковского, Араличевокого и превращение Прокопьевского в самый мощный рудник Кузбасса. В этой первой пятилетке общая годовая мощность угольных предприятий Кузбасса возросла с 4,8 до 26 миллионов тонн. Лошадей в шахтах в значительной мере заменили электровозы, кайлу — отбойные молотки и врубовки, корытки — конвейеры. Механизация угольного производства привела к значительному росту производительности труда. На Кемеровском рудникке, например, производительность труда подземного рабочего за пятилетку поднялась с 943 до 1440 тонн угля в год.

Во второй пятилетке горнякам Кузбасса предстояло увеличить добычу угля более чем в 2,5 раза. Партия поставила задачу — в ближайшее время превратить Кузбасс во второй Донбасс. Второй пятилетний план развития народного хозяйства страны предусматривал, что угольные предприятия Урало-Кузбасса «должны дать в 1937 году больше четверти общей угледобычи страны», а шахты Кузбасса — более 75 процентов топлива, добываемого на Урале и в Сибири.

Центр тяжести переносился на освоение производственных мощностей новых шахт. Особо требовалось наращивать добычу коксующегося угля, поскольку, выполнив задание первой пятилетки по добыче угля в целом, горняки остались в долгу перед металлургами Урала и Кузнецка по коксующимся углям. Не справились горняки бассейна с заданиями по росту производительности труда и снижению себестоимости угля, что явилось результатом низкого уровня использования на шахтах машин и механизмов.

«Вторая пятилетка, если она хочет рассчитывать на серьезный успех, должна дополнить нынешний лозунг нового строительства новым лозунгом освоения новых предприятий и новой техники», — подчеркивалось в резолюции объединенного Пленума ЦК и ЦКК ВКЛ(б) от 10 января 1933 года 2.

Постановлением Совета Труда и Обороны в Кузбассе предусматривалось построить за вторую пятилетку 13 крупных шахт. Основное же внимание горняков обращалось на овладение механизированной добычей угля. В Постановлении ЦК ВКП(б) и Совнаркома СССР от 8 апреля 1933 года «О работе угольной промышленности Донбасса», которое в равной степени относилось и к Кузбассу, отмечалось, что работники угольных трестов не поняли «коренного изменения в условиях добычи угля при её механизации и продолжают рассматривать шахту, как место работы простых землекопов, тогда как шахта превратилась уже в настоящий завод со сложными механизмами, требующий серьезного труда и серьезного отбора людей для освоения новой техники» 3.

В июле 1933 года ЦК ВКП (б) направил в Кузбасс комиссию, которая ознакомилась с положением дел и наметила меры по ликвидации недостатков в работе шахт, сосредоточив главное внимание горняков на повышении уровня механизации и освоении техники.

На шахтах и рудниках создавались и набирали силу комбинаты рабочего обучения, школы рабочего мастерства, кружки техминимума по овладению новой техникой. Шахтеры начали Освоение смежных специальностей.

С выполнением программы второго пятилетнего плана связано зарождение и широкое распространение в стране новой формы социалистического соревнования — стахановского движения.

Сейчас трудно определить, кто был первым стахановцем в Кузбассе. На Прокопьевском руднике многие считают запевалой стахановских методов работы забойщика коммуниста Храпунова, выдавшего в сентябре 1935 года при помощи электросверла 247 тонн угля в смену. Скоро этот ракорд был перекрыт забойщиком шахты «Манеиха» того же рудника А. Зайнутдиновым, сумевшим дать за смену с применением электросверла 981 тонну угля; На этом же руднике были широко известны имена таких стахановцев, как забойщик Шушарин, бурильщик Четвериков, машинист электровоза Мельников, забойщик Ескин. На Кемеровском руднике первым стахановцем считали забойщика шахты «Центральная» коммуниста И. В. Боброва. На этой же шахте высоких показателей добивался забойщик И. Зайнутдинов. На шахте «Пионер» зачинателем стахановского движения был прославленный ударник первой пятилетки, строитель шахты Рагульников. На Кемеровском руднике были известны имена стахановцев Сарычева, Швырева, Максимова, Сыстерова, Аврамеева, Каратаева, Парфенюка, Толстикова. На Анжеро-Судженском руднике зачинателем стахановского движения был забойщик Павлов, дававший с применением отбойного молотка до 900 тонн угля в смену. В Киселевсже рекорд добычи установил забойщик Олейников; На шахте имени Орджоникидзе Араличевского рудника лучшие показатели по добыче угля имел забойщик В. П. Злобин.

Немаловажное значение для дальнейшего развития стахановского движения имело Всесоюзное совещание рабочих-стахановцев промышленности и транспорта в ноябре 1935 года. И. В. Сталин и Г. К. Орджоникидзе в своих речах призвали превратить достижения первых стахановцев в массовое движение за овладение техникой и новую организацию производства. На основе опыта лучших стахановцев в Кузбассе началась перестройка работы горных бригад, смен и участков, активную поддержку стахановцам оказывали передовые инженеры и техники: главный инженер треста Кузбассуголь М. Строилов, управляющий Анжерским рудником С. Суханов, главный инженер Прокофьевской шахты им. Калинина В. Шелков, инженер Прокопьевокого рудника Р. Мичихин и мастер Мерзляков, комсомолец, начальник смены на кемеровской шахте «Центральная» И. Юбко и многие другие.

В начале 1936 года Западно-Сибирский крайком партии провел совещание передовиков угольной промышленности, где были подведены первые итоги развертывания стахановского движения на шахтах Кузбасса. С яркой речью перед собравшимися выступил секретарь Западно-Сибирского крайкома партии Р. И. Эйхе.

Стахановское движение приобретало все больший размах. Его душой были коммунисты. Партийные организации промышленных предприятий поднимали рабочие массы на освоение новой техники. Неустанно заботились о повышении культурно-технического уровня рабочих. В Прокопьевске, Ленинске-Кузнецком, Анжеро-Судженске, Кемерове и других городах были открыты специальные курсы по повышению общеобразовательного и технического уровня новаторов производства. На Анжеро-Судженском руднике начали работу пять общеобразовательных школ для стахановцев. В Прокопьевске учебой было охвачено в 1935 году 3186 рабочих. Здесь функционировала специальная техническая консультация для стахановцев — рационализаторов и изобретателей. На Кемеровском руднике техническое обучение проходили свыше трех тысяч рабочих.

В конце 1935 года .стахановские методы начинают брать на вооружение коллективы целых шахт, например, коллективы шахт «Чёрная гора» и «Манеиха» Прокопьевокого рудника. Лучшая организация труда и производства позволила на шахте «Чёрная гора» высвободить более ста горняков. Несмотря на это, шахта давала до полутора тысяч тонн угля в сутки при проектной мощности 714 тонн. 90 горняков было высвобождено на шахте «Манеиха», хотя предприятие давало в два с лишним раза больше угля, чем было предусмотрено проектной мощностью.

К концу 1935 года на шахтах Кузбасса насчитывалось 6935 стахановцев — 15 процентов общего числа рабочих-горняков.
С января 1936 года на рудниках бассейна стали практиковаться специальные стахановские дни. 3 января стахановские сутки были проведены на шахтах Кемеровского рудника. На гора поступило 3750 тонн угля, вместо 2700 тонн по плану. 6 января за стахановские сутки на Прокопьевском руднике добыто 17 100 тонн угля вместо 13 500 тонн по плану. 11 января стахановский день был объявлен на всех рудниках бассейна. В этот день Кузбасс дал рекордную добычу угля — 63 700 тонн.

Распространение стахановских методов работы горняков базировалось на постоянном притоке на шахты новых машин и механизмов. В 1935 году на вооружении горняков бассейна имелось 66 врубовых машин, более 550 электросверл, свыше 2600 отбойных молотков, 68 электровозов, около 650 конвейеров. В 1937 году удельный вес механизированной добычи поднялся от 77 процентов на Анжеро-Судженском руднике до 100 процентов на рудниках южной группы.

Значительно выросли темпы добычи угля и производительности труда. Если в 1933—1934 годах прирост добычи угля в 4391 тысячу тонн был достигнут в основном за счёт ввода в строй 14 новых шахт, то в 1935—1937 годах прирост угледобычи в 6024 тысячи тонн был получен главным образом за счёт роста производительности труда на действующих шахтах.

Выступая в июне 1936 года на Совете Наркомата тяжелой промышленности, Г. К. Орджоникидзе указывал, что с мая 1935 года по май 1936 года, то есть за первый год развития стахановского движения, производительность труда в Кузбассе поднялась на 36 процентов. Всего же во второй пятилетке производительность труда горняков бассейна возросла на 59 процентов — с 24,2 тонны до 42,2 тонны угля в месяц на одного рабочего. В итоге второй пятилетки годовая добыча угля в Кузбассе поднялась с 6779 тысяч тонн до 17 204 тысяч тонн, то есть почти в 2,7 раза. Что касается добычи особо ценных, коксующихся марок угля, то она увеличилась в 1937 году против 1928 года в 28 раз.

На рудниках была в основном завершена механизация работ в очистных и подготовительных забоях и в значительной степени — транспортировки угля. К концу второй пятилетки в бассейне сложились постоянные квалифицированные кадры рабочих, опытный и хорошо подготовленный инженерно-технический персонал. Были созданы новые системы разработок крутопадающих и мощных угольных пластов, усовершенствована организация труда и производства, что позволяло лучше и эффективнее использовать новую горную технику.

Быстрому росту угольной промышленности способствовала хорошо зарекомендовавшая себя система руководства предприятиями через Министерство угольной промышленности: созданные в 1933 году комбинат Кузбассуголь, тресты Кемеровоуголь, Прокопьевск-уголь, Ленинуголь и другие, а также образованные в 1936 году шахтоуправления.

В третьей пятилетке развитие угольного Кузбасса шло по направлениям, которые были выработаны и проверены в предшествующие годы. Большое внимание обращалось на изыскание более эффективных систем угледобычи. Камерная система, на долю которой приходилось до половины всего добываемого угля в бассейне, за годы третьей пятилетки все больше и больше уступает место слоевым системам отработки с обрушением и закладкой выработанного пространства. С 1938—1940 годов на шахтах начинается широкое внедрение щитовой системы, предложенной горным инженером, ныне членом-корреспондентом АН СССР Н. А. Чинакалом.

Новые системы разработок наряду с механизацией угледобычи позволили поднять производительность труда и обеспечить большую безопасность работ в шахтах.

За эти годы в бассейне было создано крупное вентиляционное хозяйство. Бензиновые шахтерские лампы заменялись аккумуляторными электролампами. В новых бытовых комбинатах создается широкая сеть медицинских пунктов, осуществляющих не только лечение, но и профилактику профессиональных заболеваний. Обеспечению безопасности труда шахтеров содействовало создание в бассейне надежной горноспасательной службы. В 1932 году уже имелась центральная горноспасательная станция в Ленинске-Кузнецком и местные станции на всех рудниках. Спасательные станции были оборудованы новейшей аппаратурой, специализированным транспортом, кислородными установками.

Раньше все горные машины и механизмы завозились на рудники с Урала или из европейской части страны. Но уже в первой пятилетке были реконструированы ремонтные мастерские Кемеровского коксохимического завода и Судженских копей. Созданный на базе механических мастерских коксохимзавода Кемеровский ремонтно-механический завод сыграл большую роль в техническом оснащении новых шахт. Возникший в 1930 году Анжеро-Судженский механический завод начал поставлять рудникам вагонетки, транспортеры, электрооборудование. В 1935 году вошел в строй крупный завод горного машиностроения в Киселевске. В третьей пятилетке в Прокопьевске пущен завод лампового оборудования.

Так была заложена основа местной базы горного машиностроения. Несмотря на это, в 1940 году машиностроение и металлообработка занимали всего лишь 2,2 процента в общей валовой продукции промышленности бассейна.

К началу Великой Отечественной войны Кузбасс имел 59 действующих шахт с общей годовой мощностью в 50,6 миллиона тонн. Если в 1924 году основные фонды угольной промышленности бассейна оценивались в 24 миллиона рублей, то в 1940 году они превысили 1 миллиард рублей. В 1940 году горняки Кузнецкого бассейна дали 21 миллион 104 тысячи тонн угля, или почти 13 процентов всего добытого угля страны. Таким образом, призыв Коммунистической партии: «Превратить Кузбасс во второй Донбасс», был выполнен.

Notes:

  1. XVI съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М., Госиздат, 1930, стр. 116.
  2. Директивы КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам. Т. II, М. 1957, стр. 372.
  3. Директивы КПСС и Советского Правительства по хозяйственным вопросам. Т. II, М„ 1967, стр. 373—374.
Обновлено: 03.01.2019 — 21:52

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

История Кемерово © 2018